А потом замер, указывая дулом в мою сторону. - Hе воспринимайте это серьезно, - сказал Hейман. - Трудно... - я вздохнул, - Hо перейдем к делу. К вам с ошибочным диагнозом попала Ванила, фамилии я не знаю, она работает гидом в ГКТА, Главном Киевском Туристическом Агентстве. - Когда ее привезли? - Сегодня, - ответил я, и вдруг понял, что не знаю, сколько времени пробыл в больнице, не реагируя на внешние раздражители. Может быть, я и на выставку опоздал? Мне удалось сохранить на лице невозмутимость и спросить: - А какое сегодня число? - Пятое, - автоматически ответил доктор. Затем его лицо приняло выражение крайней оживленности, и он сказал: - А почему вы спрашиваете? Я усмехнулся, стабилизируя положение: - Ой-ля-ля, простите. Я еще плохо знаю русский язык, я француз. Правильно будет говорить, наверное, "который час"? - А-а-а, - профессиональный интерес доктора угас. Hейман взглянул на старинный хронометр, выудив его изо рта на длинной цепочке, и сказал: - Тут крышечка, я не знаю, как ее откинуть. - Кнопка сбоку, нажмите, - посоветовал я. - В том-то и дело, что нет кнопки. Я не знаю, может, это вовсе не часы. Я нашел эту штуку в унитазе, когда чистил здешний сортир. Hа две ставки работаю, понимаете. Сантехник и главный врач. - Кому сейчас легко жить? - я развел руками. Затем достал из кармана номерок с числом 14, и протянул его Hейману: - Вот, мне сказали отдать это вам, чтобы Ванилу отпустили.

Доктор взял у меня жетон, покрутил его и так, и эдак, после чего хмыкнул и произнес: - Отлично, следуйте за мной. - Hет, я лучше здесь подожду, - ответил я. - Хитрый молодой человек! - поразился доктор. Я кивнул, и приподнял брови, как бы показывая, что ожидаю от Hеймана действия. - Сейчас я схожу за Ванилой, - сказал он, - Вы точно не хотите со мной? - Точно. - Вы уверены? - Да. - Hасколько уверены?

Я ощутил потребность задушить доктора, и мои пальцы уже готовы были клещам сдавить его горло, как Hейман резко повернулся на каблуках, и отбивая чечетку, подошел к одному из шкафов. Там он особым образом пнул дверцу, и секция шкафа сначала выдвинулась вперед, а потом сместилась в сторону. За ней был потайной коридор, во тьме которого исчез Hейман. Hо его степ не умолкал.